Интервью

"На что надеяться России" Интервью Вадима Кожинова в газете "Завтра". 02.01.2001

Корреспондент. Вадим Валерианович, мы, живущие на Земле, в эти дни пересекаем тройную линию смены дат: наступает новый год, новый век, новое тысячелетие. Вроде бы редкий момент, достойный всяческого обсуждения, но он проходит на удивление буднично и спокойно, словно между прочим. Видимо, причиной тому — уже не раз отмеченное в наших беседах несовпадение линейной хронологии с внутренними, смысловыми границами исторических эпох. Вы говорили, например, что ХХ век закончился для нашего общества, да и для всего мира, еще в 1991 году, когда был разрушен Советский Союз. Следовательно, мы живем в третьем тысячелетии вот уже десять лет. И внутри этой новой эпохи существуют свои собственные, более мелкие деления. Ровно год назад, 31 декабря 1999 года, ушел в отставку Ельцин, закончился ельцинский период отечественной истории. На смену ему пришел Путин — и это уже другое время: у него другой абрис, другой стиль, другая атмосфера, другие настроения. Этот период еще нельзя назвать путинским, поскольку неизвестно, как долго он будет оставаться на верху нашей "властной вертикали", больше напоминающей сильно изломанную горизонталь — от Москвы до самых до окраин. Очень сильны конфликты и внутри нашей страны, и на внешнеполитической арене. Но, тем не менее, уходящий год был годом президента Путина. Как вы, историк и, можно сказать, русский мудрец, оценили бы итоги 2000 года для нашей страны. В чем его внутренний смысл, что сделано за этот год, оправдались ли ваши ожидания, что больше всего вас тревожит, какие новые перспективы стали видны?

"Россия, как чудо"

Беседа с корреспондентом газеты «Завтра» Владимиром Винниковым (№12(329), 21 марта 2000

Корреспондент. Вадим Валерианович, эпоха "демократических реформ" в России очевидно подошла к очередной "точке катастрофы". Внешние признаки этой смены исторического и политического "пейзажа" выразились прежде всего отставкой Ельцина и назначением его "преемника" Путина. Что вы можете сказать о таких изменениях?

У России нет и не может быть национальной идеи

Интервью Вадима Кожинова «Российскому аналитическому обозрению» (1998, №7)

РАО: Сегодня многие политологи и аналитики считают отсутствие национальной идеи у русского народа основным препятствием на пути к созданию сильной и богатой России. Каково Ваше мнение по данному вопросу?

В. К. : Ранее я тоже считал, что нужна национальная идея вместо коммунистической, но впоследствии понял, что дл России это неприемлемо. Есть английская, французская, германская национальные идеи, и они себя очень ярко проявили в истории. Но в нашей истории очень трудно обнаружить национальную идею. Идея Третьего Рима, иде "метаморфозиса" при Петре I, коммунистическая идея — идеи не национальные.

"Только верить..." Интервью газете "Завтра". 18.01.2000

Корреспондент. Вадим Валерианович, 19 декабря прошлого года прошли уже третьи после развала СССР выборы в Государственную думу, которые единодушно расцениваются как "грязные" даже лояльными к Кремлю средствами массовой информации. Но все-таки, не случайно считается, что всякая власть - от Бога, а глас народа - глас Божий. Что вы, известный русский мыслитель, можете сказать о тех скрытых голосах истории, которые слышны вам за результатами голосования?

Вадим КОЖИНОВ. Видите ли, я готов согласиться с тем, что народ у нас не готов по-настоящему к тому, чтобы выбирать власть и не руководствуется при этом своими коренными интересами, как то характерно для избирателей в странах с давними парламентскими традициями. И в в связи с этим я хочу привести почти анекдотический случай, происшедший на юге России, в одной из областей так называемого "красного пояса", на выборах 1996 года. Там одна женщина проголосовала за Ельцина, и на вопрос: "Почему все ваши соседи проголосовали за Зюганова, а вы одна - за Ельцина?"- ответила: "Так Ельцин же у нас начальник! Вот будет начальником Зюганов - за него буду голосовать". В принципе абсурдное рассуждение, но очень характерное для многих наших сограждан.

Ход истории, ходы Сталина

НЕ СТАЛИН ОПРЕДЕЛЯЛ, А ИСТОРИЯ - ХОД ИСТОРИИ, ХОДЫ СТАЛИНА

Так утверждает известный историк, автор вышедшего в этом году двухтомного исследования "Россия. Век XX" Вадим Кожинов. 21 декабря исполнилось 120 лет со дня рождения отца народов. Мифы о Сталине в интервью историка газете "Комсомольская правда".

Вадим Валерианович, давайте начнем разговор с вашего личного восприятия Сталина. Вы прошли облучение вождем?

- Ребенком я воспринимал его восторженно. Годам к 15 стал вольнодумцем. До поступления в университет в 1948 году я не то чтобы был настроен антисталински или антисоветски, скорее внесоветски, внесталински. Занимался историей, культурой, поэзией. От политики отстранялся, даже не вступил в комсомол. Но когда поступил в университет, застал там чрезвычайно политизированную молодежь. В основном сталинистски настроенную. Одним из первых людей, с которыми там подружился, был известный сейчас литератор Станислав Лесневский. Он был сыном врага народа и при этом весь пылал революционным социалистическим энтузиазмом. Это на меня очень сильно подействовало. И в 1950 - 1952 годах я был сталинистом, просто пропитался этим духом. Я даже был левее Сталина. Югославские руководители в 1948-м призывали его начать войну с миром капитализма, а Сталин сказал: это комсомольский экстремизм. Я был охвачен именно комсомольским экстремизмом. Но с 1952 года начал изменяться.